Карахалис Людмила Юрьевна — доктор медицинских наук, профессор, профессор кафедры акушерства, гинекологии и перинатологии
ул. им. Митрофана Седина, д. 4, г. Краснодар, 350063
Lyudmila Yu. Karakhalis — Dr. Sci. (Med.), Prof., Chair of Obstetrics, Gynaecology and Perinatology, Faculty of Advanced Vocational Training and Retraining
Mitrofana Sedina str., 4, Krasnodar 350063
Иванцив Наира Саркисовна — аспирант кафедры акушерства, гинекологии и перинатологии ФПК и ППС
ул. им. Митрофана Седина, д. 4, г. Краснодар, 350063тел.: +7 (918) 437-17-80
Naira S. Ivantsiv — Postgraduate Student, Chair of Obstetrics, Gynaecology and Perinatology, Faculty of Advanced Vocational Training and Retraining
Mitrofana Sedina str., 4, Krasnodar 350063tel.: +7 (918) 437-17-80
Введение. Дисфункция микробиоты влагалища у беременных ведет к развитию баквагиноза, вульвовагинального кандидоза. Штаммы лактобактерий модулируют провоспалительные реакции эпителия, способствуя устойчивости к инфекциям. В связи с этим использование лактобактерий у беременных с повышенным рН является перспек тивным.
Цель исследования — определить влияние лактобактерий на микробиоту влагалища и течение беременности и родов.
Методы. Обследована 261 беременная, критерием деления на группы был уровень рН влагалищного отделяемого: 4,5 и выше — 1-я группа (n = 147), до 4,5 — 2-я группа (n = 114). Возраст в 1-й группе был 29,9 (4,6) года, во 2-й группе — 29,0 (4,6), р = 0,55. В сроки скрининга: 11–14, 18–21, 30–34 и в 36–41 неделю беременности проводили рНметрию влагалищного отделяемого, цервикометрию, определяли условно-патогенную флору, лактобактерии методом масс-спектрометрии. Беременным 1-й группы назначались лактобактерии. Статистический анализ проведен в среде пакета Statistica 10.
Результаты. В 1-й группе на фоне лактобактерий увеличилось число беременных с отсутствием условно-патогенной флоры (УПФ) с 31,29 до 43,53%. Во 2-й группе без использования лактобактерий — снизилось с 53,51 до 35,09%. В 1-й группе L. jensenii (коррелируют с частотой баквагиноза) исходно выделены у 9,52%, во 2-й — у 14,91%. В 1-й группе использование лактобактерий повысило долю L. jensenii до 14,96%, во 2-й (без лактобактерий) — к снижению до 3,51%. Увеличение числа беременных с L. jensenii коррелировало с отсутствием повышения доли УПФ. С увеличением числа беременных с L. crispatus (препятствует размножению УПФ) в 1 группе до 14,96% рост УПФ уменьшился, обильный рост УПФ снизился в 1,9 раза. Во 2-й группе с увеличением L. crispatus от 7,02 до 30,7% произошло снижение роста УПФ, обильный рост снизился в 3,9 раза при исходно нормальном рН. Показатели цервикометрии между группами не различались. Осложнения беременности при обильном росте лактобактерий отсутствовали. Угроза прерывания беременности в 1-й группе была у 1,4% женщин, во 2-й — у 10,5%. Аномалии родовой деятельности и преждевременный разрыв плодных оболочек чаще были во 2-й группе.
Заключение. Вагинальные изменения на фоне терапии лактобактериями, при менее благоприятном преморбидном фоне в 1-й группе, определяют вагинальное гестационное здоровье при беременности. Многие так называемые «стерильные» ниши, особенно женские родовые пути, функционируют как активные экологические пространства с низкой биомассой, которая содержит уникальную, соответствующую общепринятым представлениям о женской микробиоте, флору. Наиболее значима выявленная связь между состоянием влагалищной микробиоты и материнскими нарушениями в родах.
Background. Imbalances of vagina microbiota in pregnant women entail the development of bacterial vaginosis and candidal vulvovaginitis. Lactobacterial strains modulate pro-inflammatory epithelium responses to enhance resistance, which renders lactobacteria promising agents in pregnant women with elevated pH.
Objectives. Assessment of the lactobacterial impact on vaginal microbiota and the course of gestation and labour.
Methods. A total of 261 pregnant women were examined and separated by cohorts according to pH of vaginal fluid: ≥4.5 in cohort 1 (n = 147), <4.5 in cohort 2 (n = 114). Cohort 1 had age 29.9 (4.6) years, cohort 2 — 29.0 (4.6) years, p = 0.55. Screening: at weeks 11–14, 18–21, 30–34 and 36–41 of gestation we performed vaginal pH-metry, cervicometry, determined opportunistic pathogens and lactobacteria with mass spectrometry. Cohort 1 received lactobacteria. Statistical analyses were performed with Statistica 10.
Results. In cohort 1 receiving lactobacteria, the number of women devoid of opportunistic flora increased from 31.29 to 43.53%. In cohort 2 not receiving lactobacteria, this number decreased from 53.51 to 35.09%. In cohort 1, L. jensenii (correlates with bacterial vaginosis rate) was primarily isolated in 9.52% women, and in 14.91% — in cohort 2. The rate of L. jensenii increased to 14.96% in cohort 1 (receiving lactobacteria) and decreased to 3.51% in cohort 2 (not receiving lactobacteria). A higher L. jensenii rate correlated with absent growth of opportunistic pathogens. Increasing the rate of L. crispatus (suppresses opportunistic pathogens) to 14.96% in cohort 1 lead to a 1.9-fold diminishing of active opportunistic flora. An increase of L. crispatus from 7.02 to 30.7% in cohort 2 supressed active opportunistic growth 3.9-fold at a normal baseline pH. Cervicometry values were invariant between the cohorts. Pregnancy complications were not observed under abundant lactobacterial growth. The risk of gestation loss occurred in 1.4% of women in cohort 1 and in 10.5% — in cohort 2. Abnormal labour and premature rupture of foetal membranes were more frequent in cohort 2.
Conclusion. With a less favourable premorbid condition in cohort 1, vaginal changes with background lactobacterial therapy facilitate gestational health in pregnancy. Many “sterile” niches, especially the maternal generative passages, represent active low biomass environments inhabited by unique typical maternal microflora. Most remarkable is the correlation between health of vaginal microbiota and abnormal labour.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.